Услышать звон: что не так с новой книгой о звучании музея

Со звуковыми исследованиями — sound studies — в России пока негусто. Можно по пальцам пересчитать авторов, которые проявили себя в этой области; среди них Анатолий Рясов и Валерий Золотухин, чьи труды вышли в рамках серии «История звука», инициированной издательством «Новое литературное обозрение». Прикоснулось к этой перспективной дисциплине и издательство «Композитор», выпустив книгу музыковеда и культуролога Сергея Уварова «Услышать музей».

Уваров подходит к теме звука с территории современного искусства. Эта связь органична, ведь интерес гуманитарных наук к звуку пробудили во многом именно художники, которые в XX веке вместе с кинетическими объектами, перформансами и видео-артом пронесли в выставочные пространства все многообразие шумов. На Западе исследования саунд-арта (чтобы показать реальный диапазон, вместо дефиса здесь можно поставить союз «и») не редкость, а вот для России книга Уварова пока, можно сказать, единственная и неповторимая — неосвоенность дисциплины автоматически возводит автора в ранг пионера.

Книга, как заявлено в аннотации, представляет собой цикл эссе, которые, ни много ни мало, «складываются в концептуальную художественную форму». Но уже на первом тексте возникает ощущение, будто ты читаешь, скорее, буклет, рекламирующий разные институции и музыкальные фестивали. Нарядно оформленные цитаты причастных лишь усиливают это впечатление.

Каждый раздел посвящен тому или иному звучащему явлению в стенах музея: концерт, перформанс, саунд-объект, саунд-инсталляция, видео-арт и, наконец, живопись, которую, как надеется автор, мы слышим в своем воображении. Все перечисленное ранжировано по уровню громкости. Громче всего, так и быть, концерт. А вот видео-арт странным образом уступает лишь картине — потому, объясняет Уваров, что кураторы предпочитают изолировать его в темных комнатах или снабжать наушниками. Тут невольно перебираешь в памяти ситуации, когда, едва зайдя на выставку, ты узнавал о видеоработе в самом дальнем зале — по звуку.

Рукопись книги победила в одной из номинаций премии «Zverev Art Prize / Взгляд. Интерпретация. Позиция» — и это любопытно, если учесть, что никакой позиции в тексте не явлено. Эссе изобилуют риторическими вопросами и красноречивыми многоточиями, но лишены проблематики, фактически сводясь к перечислению и нехитрому анализу перформансов, саунд-объектов — и далее по главам. Выборка работ составлена произвольно — из того, что, по-видимому, приглянулось автору на недавних выставках или в интернете. При этом проигнорированы или забыты «Бикапо» Германа Виноградова, «Утюгон» Ивана Сотникова и Тимура Новикова, музейные саунд-проекты Петра Айду и другие важные примеры. Размытые временные и географические рамки обзора (вроде бы речь идет о современном отечественном искусстве, да не совсем) также делают общую картину обрывочной и сумбурной.

Стоит ли проявлять излишнюю строгость к книге, обращенной явно не к кругу специалистов? Соответствующую нишу уже заняла серия «История звука» — за семиотикой, феноменологией, антропологией звука это туда. А здесь — популярно и кокетливо, с эффектными иллюстрациями и парафразами вроде «Весь мир — инсталляция, а люди в нем — художники». И все же возникают сомнения насчет того, что вынесет отсюда даже непритязательный читатель.

Собственно, и самого Уварова кое-что выдает новичком в теме, за которую он взялся. В частности, очевидная оторванность его эссе от всего корпуса теоретических работ в области sound studies. По меньшей мере непоследовательно обращаться в книге к наследию композитора Джона Кейджа, отрицавшего иерархию звуков, и там же транслировать закоснелую установку о том, что бывают «лишние» шумы, такие как шаги и беседы зрителей, которые «мешают восприятию экспонатов, неизбежно портя замысел». Акустические свидетельства присутствия зрителей — это основа звуковой палитры музея, будь то Лувр конца XVIII века или сегодняшняя Третьяковка. И без этого звукового слоя «услышать музей» невозможно.