NFT-art стал частью нового тренда «казаться, чтобы быть»

Новости сменяют друг друга с невероятной скоростью: знаменитости бьют хайп-рекорды по созданию и реализации токенов, художники стремятся успеть первыми реализовать идеи, новорожденные маркетплейсы соревнуются в характере «коллабов» и удобствах интерфейса, аукционы и галереи наперегонки развивают новое направление и ищут новые компетенции. Налицо возникновение новой субкультурной парадигмы, которая всерьез претендует на то, чтобы заменить собой привычный арт-рынок. Впрочем, и сам рынок занят автоадаптацией.

Толчок процессу дали основные арт-игроки: аукционы Christie’s и Sotheby’s вступили в игру, начав продавать искусство в формате токенов. Настоящий бум начался после рубежа в $69 млн, за эквивалент которых была продана работа Бипла «5000 дней». Из воскресного развлечения компьютерных гиков NFT превратился в центральную тему развития арт-рынка.

NFT позиционируется и как новый тип существования искусства, и как новая форма коллекционирования. Невзаимозаменяемый токен — не произведение в старом, аналоговом смысле слова, а цифровая копия файла (в формате фото, видео, аудио и прочего), которая в виде единицы цифрового учета размещена в распределенном блокчейн-регистре. Суть токена — в уникальности кода и свойстве невзаимозаменяемости: владельческая информация есть его неотъемлемая ценность и может передаваться внутри системы посредством смарт-контракта, то есть контрольного компьютерного протокола. Токен не может быть ничейным: владение этим искусством стало сутью искусства. NFT-art — подлинное, если не единственное пока оправдание технологии блокчейна.

Зачем все это нужно? Новая технология позволяет коллекционировать искусство, не неся дополнительных расходов на транспортировку, страховку, упаковку, развеску и все прочее, что требуется для реальных произведений. Ведь речь просто о файле, которым можно любоваться и управлять с телефона. NFT-работой можно владеть коллективно, по долям, а прозрачная технология не допускает односторонних махинаций. Помимо этого, говорят, что NFT-art позволяет новоявленным владельцам уклоняться от уплаты налогов. Не стану объяснять здесь, как именно, чтобы ни в коем случае не выступить противозаконным советчиком, да и сам не очень знаю. Но очевидная разница национальных законодательств в вопросах цифрового права и криптовалют дает большое поле для действия.

В перспективе развития современной культуры NFT-art стал частью нового тренда, который можно охарактеризовать словами «казаться, чтобы быть». Современный городской «цифровой человек» перенес в виртуальную сферу все свои активности, кроме физиологии, которая тоже обслуживается извне при помощи цифровых технологий. Общение в социальных сетях теперь более важно, чем реальная жизнь. Онлайн-посещение музеев в разы превышает реальное, и разница только растет. Обладание игровым навыком или виртуальным оружием в сетевых компьютерных мирах — не просто предмет зависти, но объект гигантской коммерческой индустрии. Сегодня в порядке вещей подарить на день рождения прокачанный меч или сделать апгрейд танка. А также посетить виртуальный концерт любимого исполнителя: десятиминутное выступление Трэвиса Скотта в Fortnite весной 2020 года собрало на платформе более 12 млн одновременных зрителей-игроков. Дальше следует ждать лишь еще больший вход виртуальной реальности в повседневность. Вслед за бесплатными Instagram-масками пришли продажа виртуальных кроссовок Gucci и реальные пластические операции по изменению внешности. Всей этой игре нужны и вечные ценности — не подойдет ли NFT-art?

Современный человек очень любит общаться. Пока я набрасываю этот текст, десятки сообщений из мессенджеров, соцсетей и комнат Clubhouse всплывают на моих экранах. Общение есть обмен, и NFT дает этому новые возможности. NFT — новый формат коллекционирования для поколений, родившихся и живущих с устойчивым интернетом. В этой связи всех интересует сохранность виртуальных ресурсов, а значит, охрана дата-центров и многофакторные защиты станут еще важнее многих аналоговых проблем уходящего в небытие реального мира. Коллекционирование всегда меняло свои формы. С приходом авангарда и концептуализма владение станковой картиной — свидетельством мастерства художника — заменилось обладанием объектом — концептуальным символом его оригинальной идеи. Этот не столь давний перелом отмечен в рассказе Аркадия Аверченко «Крыса на подносе». Теперь, кажется, наступает новый этап: отход от идеи и фокусировка на факте обладания. Субъектное владение цифровым активом важнее всех объективных качеств самого актива.

Кажется, любая работа может быть переведена в цифру, приобретя этим дополнительную, цифровую реальность. Но это противоречит самой природе искусства NFT, которое настаивает на собственной уникальной природе и пытается вытеснить любую отсылку к аналоговому миру. Знаменательным событием стало уничтожение работы Бэнкси Morons (White), публично, под видеотрансляцию, сожженной одной из блокчейн-компаний после ее официального приобретения в галерее и перевода в цифровой токен. Теперь эта работа Бэнкси существует только в цифре, ибо только ее хочет новое поколение.

Спекуляциям на этот счет не будет числа: криптоящик Пандоры открыт, бизнес максимально мобилизован. Арт-творцы будут донельзя усложнять технологию, а деловые компании выстроят сувенирные индустрии и на ближайший Новый год разошлют своим клиентам невзаимозаменяемые открытки. Все что угодно будет меняться на реальные деньги, NFT-платформы выстроятся по ранжиру и сольются в агрегаторах. А что ждет музеи? Новый раунд разговора про техническую воспроизводимость и проблему подлинника? В Эрмитаже мы решили изучить этот вопрос и на конец года запланировали выставку искусства NFT. Ей предшествуют научно-практические исследования совместно с фондом Дмитрия Аксенова и Университетом ИТМО.

Что будет дальше? Традиционному арт-миру ясно, что бóльшая часть искусства в мире NFT имеет низкое художественное качество и хайп в основе успеха. Значит, качество искусства будет повышаться — как на уровне внешней эффектности, так и на уровне поиска философской глубины в технологии. NFT ждет приход больших имен, так называемых голубых фишек, многие из которых сегодня уже там (Кенделл Гирс и Кабаковы недавно выложили работы в новом формате). Вопрос сейчас в том, победят ли и в этой сфере большие имена с традиционным искусством или NFT-мир сумеет обособиться и создать собственных, независимых героев. Тут сейчас идет борьба. В NFT, несомненно, придут все новые виды, жанры и стили искусства, а также их всевозможные комбинации (уже приходят перформанс, политический активизм, алогизм). Будут писаться история и философия NFT, где наиболее важным будет признано искусство, сумевшее задать вопрос самой технологии, а значит, вскрывшее саму суть NFT — по примеру того, как лучшая живописная картина вскрывает природу живописи. NFT про NFT в формате NFT станет соединением искусства и технологии и апогеем art & science, сумев очертить место для следующего шага в будущем искусства. Невзаимозаменяемость — слово очень громоздкое и явно временное.